Виктор Геращенко: Кудрин – дурак, а Прохоров – нет

– Неловко нарушать ваше затворничество, Виктор Владимирович. Но новый год на дворе. И хотелось бы услышать ваш прогноз на ближайшие 12 месяцев... Что было, что будет, чем сердце успокоится.

– Меня вот часто спрашивают, в чем держать деньги, в евро или долларах? Знаете, я ничего плохого сказать не хочу, но многие вопросы, которые ваша братия задает, – она основной массе населения до ж...пы. Вот у меня жена ездит по четвергам в магазин и на рынок. Внуки каждую пятницу навещают, вот мы и закупаемся заранее. И жена мне каждый раз говорит, как цена поднялась. На сыр, на колбасу. Хоть на 50 копеек, а поднялась. Вот что важно.

– Инфляцию в этом году предсказывают умеренную…

– Да врет наша статистика насчет инфляции. Один из бывших директоров института статистики – давайте не будем называть фамилию – он много лет был во главе института, и он ушел. Потому что устал врать. Хватит врать! Ну вот чего мы наеб…аем всех? Зачем?

– Ну, иногда это вовсе не вранье, а, скажем мягко, фантазии, обещания...

– Да, перед выборами много чего можно обещать. Важно – будет это все выполняться или нет. Совесть проснется или нет? Ведь до чего страну и большинство населения – я не про себя – довели. Ведь у нас руководство страны формируется по принципу "ребята с нашего двора". Даже в сталинские времена такого не было. Раньше-то выбирали специалистов, а не тех, с кем в юности в футбол играли... Вот наш премьер-министр заявил, что в электрической сфере черт знает что делается. А ты где раньше был? Ты что, Чубайса не знаешь? Ты что, не знаешь, что все это жульнические операции?

– Бывает, из путинской футбольной команды все-таки уходят игроки. Тот же Кудрин.

–  Да Кудрин был дурачок всегда. Такой "йес мэн" у Собчака и у других. Вот это его выступление в Вашингтоне. Ты что, дурак что ли? Ты же представитель страны. Вернулся сюда – и выступай где хочешь. Хоть на Болотной. Хоть на Сахарова. Высказывай свое мнение, если оно у тебя когда-нибудь было...

– Впрочем, что мы с вами про этих людей говорим? В сущности, забываем, что это они наши слуги, а не мы их. От нас-то с вами, от простых людей, многое зависит.  

– Увы, от простых людей мало что у нас зависит! Кроме того что нужно идти на выборы и голосовать. И не за кого-то конкретного – голосовать-то не за кого, а против всех. Но раз нет главы "против всех", надо идти голосовать за самых невзрачных. Хотя вот, например, если брать кандидатов в президенты, то Прохоров – не дурак. Впрочем, не понимаю, откуда у него столько амбиций. Наверно, от высокого роста.

– Бог с ними, с элитой нашей. Злость берет, как вспомню. Давайте все-таки прогноз на следующий год. Как говорится, доллары или евро...  

– Да невозможно прогнозы сейчас давать, особенно на фоне того экономического кризиса, который сейчас существует на Западе. Это не первый кризис. Был кризис 1929-1930 годов. Был послевоенный кризис в разбомбленной Европе. Была девальвация фунта. Потом, в 1956-м, было объединение шести стран Европы и постепенное развитие в Европейский союз. Разумное в общем-то развитие. Сейчас все говорят о Европе: живут они там не по средствам, но началось все еще в США, с 1970-х годов. Когда девальвировали доллар, увеличив цену на золото в два раза, а потом поплыли занимать у всего мира, используя свое положение. Безответственность!

– Многие ругают глобализацию. От нее, мол, и кризис. Надо, мол, границы закрыть, гастарбайтеров не пускать, ездить только на "жигулях" и следовать особому пути развития.

– Глобализация – экономически объективная вещь. Надо производить там, где сырье. Где дешевая рабочая сила. Это – глобализация. Но тогда возникает вопрос: а что со своими социальными обещаниями делать? А обещаний много. Люди в золотом миллиарде привыкли не по средствам. И вот их пример нам всем наука, как поэт говорил. Дело в том, что на Западе боялись внутренних проблем и стали прибавочной стоимостью делиться с рабочим классом. Во многом благодаря примеру Советского Союза.  

– Ну так это же хорошо! Достижение международного рабочего движения.

– Но добоялись до того, что все ходят, работать не хотят, а хотят высокие пособия получать. Так что пусть их жизнь научит. Главное – чтобы мы брали пример... Впрочем, говорить об этом бесполезно. Я, знаете, с середины декабря вообще отключился от средств общения. Тут говори – не говори, ничего не изменится… Надо уходить из публичного пространства. Я чем меньше смотрю телевизор, тем спокойней.

– Почему вы все-таки стали затворником? Бросили все и сидите на подмосковной даче.

– Я много прожил. В пионеры вон вступил аж в 1948 году. Сейчас для меня самое большое удовольствие – перечитать книжки, которые я раньше не читал. Вот Тургенева – он мне никогда не нравился. Предпочитал Горького, Алексея Толстого. Но не Льва, который первую главу "Войны и мира" по-французски написал, читать невозможно.

– Только классиков читаете?

– Нет, еще читаю книжки, написанные коллегами. Сейчас, понимаете, у людей наконец-то просыпается совесть и они начинают рассказывать, что на самом деле происходило во времена Бориса Николаевича. Много там было субъективного, навеянного обстоятельствами и глупой политикой Горбачева, но много и другого… Интересно!

– А окунаться в сегодняшние проблемы неинтересно?

– Они меня, по-русски сказать… не волнуют. Скажем так, чтобы не использовать сленг. Новости-то я иногда смотрю. А вот в Интернет не суюсь. Боюсь, что сяду и буду по любопытству и дурости сидеть там до 12 ночи. А на кой хрен? Да я уж ни о чем не волнуюсь. Мне, конечно, горько и обидно, но так сложились обстоятельства. Пришла ленинградская шайка. И я ничего хорошего от следующего года не жду. Да еще выборы эти президентские, которые понятно чем закончатся…

– Да и конец света все-таки!

– По календарю майя он приходится как раз на мой день рождения. До чего эта трепотня по телевизору довела: у меня правнук приходит: дедушка, бабушка, я не хочу умирать! Насмотрелся этого г...вна! Хотя есть интересные передачи, про ископаемых животных, например. Лучше уж об ископаемых, чем народ стращать.

– Вы производите впечатление мудрого человека, полного юмора и сил. Но вот вспоминаю наш разговор и вижу: как-то… печально все. Никакой надежды?

– Отчего же? Пока живу, надеюсь.

Фотогалерея

.