Андрей Богданов: "Я не сомневаюсь, что Путин победит"

Андрей Владимирович, зачем вам Демократическая партия России?

– Во-первых, это старейшая партия России, в этом году ей будет 22 года. Я напомню, что три года назад она преобразовалась в центр развития социальных технологий (Общероссийская общественная организация по развитию социальных технологий "Центр Андрея Богданова". – Ред.). И, соответственно, в это воскресенье центр преобразовался обратно в ДПР. Правопреемственность прямая. Никто никуда не уходил, никто ни с кем не расставался.

Три года назад и я, и вся ДПР выступали за то, чтобы демократы объединились и вместе пошли на выборы. Более того, я не стал входить в руководство "Правого дела". Даже в политсовет не вошел, всегда оставался рядовым членом партии. Для меня главное – чтобы демократы объединились. Но это объединение ни к чему хорошему не привело.

Когда "Правое дело" под председательством Дунаева на этих выборах получило копейки, меня отстранили от участия в агитации, мои ролики сняли. Ну, ролики с моим именем, с моим участием были сделаны для агитации, но в эфир они не пошли. И та часть ДПР, которая была в "Правом деле", обратилась ко мне, чтобы вместе возродить Демократическую партию России.

Более месяца назад мы опубликовали, как этого требует закон, объявление, что мы собираемся 13 февраля провести съезд, и провели его. Были 51 регион, 153 делегата, как этого требует закон, то есть по три делегата от региона. Регионов больше 42, то есть больше 50%. Мы все нормы выполнили и, я надеюсь, в ближайшее время сдадим документы в Минюст на регистрацию.

Подчеркну, что мы регистрируемся по старому закону. Новый еще будет обсуждаться и приниматься. Соответственно, мы должны сдать подписи 40 тысяч членов. На момент преобразования ДПР в центр социальных технологий в партии было 82 тысячи членов. Поэтому я уверен, что мы в ближайшее время, может быть, не полностью 82 тысячи соберем, но точно больше 40 тысяч.

Получается, те, кто ранее вошел в "Правое дело", выйдут оттуда и снова вступят в ДПР?

– Частично да, я уверен.

В чем была причина изгнания Михаила Прохорова из "Правого дела" и какую роль в этом сыграл Владислав Сурков?

– Прохоров был не готов возглавить партию. Я имею в виду внутренне, морально. Думаю, именно это было причиной того, что он просто не захотел пойти на выборы. Он не пришел на съезд. Ну а дальше съезд обиделся и проголосовал за его исключение. Что это за лидер, который не пришел на съезд, не объясняя, почему, где он, что он? Поэтому что тут обсуждать? А какую роль здесь играл Сурков? До конца не знаю, но готов поверить, что это было ему на руку.

Вы добровольно вышли из "Правого дела" или вас вынудили это сделать?

– Я с легкостью ушел из "Правого дела", потому что думаю, что оно закончилось как партия.

Почему вы снова не стали выдвигать свою кандидатуру на выборах президента, как в 2008 году?

– Мне хотелось идти не независимым кандидатом, а от партии. "Правое дело" сегодня в разваленном состоянии, и идти от него смысла не было. Поэтому я решил взять тайм-аут на этот электоральный срок. 

Фотогалерея

Вы будете поддерживать кого-либо из кандидатов?

– По уставу ДПР от имени партии можно выступать по политическим вопросам, когда по этим вопросам прошло голосование на сайте партии и в нем приняли участие больше половины ее членов. Этот вопрос у нас на съезде поднимался, но никто еще не голосовал. Мы его поставим на голосование для всех членов партии, после этого и определимся.

Как вы думаете, сколько партий появится в России после снижения минимального количества членов до 500 человек?

– Думаю, их появится штук 70-80.

Сколько из них сможет пройти в Государственную думу?

– Полагаю, некоторые партии будут регионального толка. Официально они будут всероссийскими, потому что по нашему законодательству можно зарегистрировать только всероссийскую партию. Но она будет действовать в отдельно взятой области или регионе. Условно говоря, будет партия Урала. Она будет общероссийской партией "Рога и копыта", но действовать будет только на Урале. Хотя отделения будут в большинстве регионов России.

Таких партий, думаю, будет достаточно много – штук 30-50. А общероссийских, которые на всей территории будут стараться войти в региональную, местную власть, думаю, будет около 20-30.

А ДПР такая судьба не постигнет? Вы планируете через пять лет пройти в Госдуму?

– Конечно, планируем пройти в Госдуму. Но время покажет, насколько мы компетентны и что мы можем сделать. Не сможем – значит, не пройдем.

А Михаил Прохоров и Алексей Кудрин смогут создать дееспособную партию?

– На большие деньги можно создать партию. И можно пройти в регионах и даже в Госдуму. Но я уверен, что такая партия долго не проживет. Я имею в виду в историческом контексте, то есть, 20, 30, 50 лет.

Потому что у Прохорова идей особых нет. Он чем-то даже похож на раннего Жириновского: каждой женщине – по мужику, каждому мужику – по бабе, колхозникам – землю, рабочим – заводы и так далее. Приблизительно то же самое и в программе Прохорова: всем сестрам – по серьгам. Идеологической составляющей не видно, виден только популизм.  

Правой партии у них не получится. Я не видел на Западе – в Америке, Европе – правого политика – атеиста под пятьдесят, без семьи и детей. Такого просто не может быть. Это человек не правых и не христианских воззрений. Правый человек – это все-таки христианские, европейские ценности. Прохоров на него не похож. А у Кудрина, я думаю, какая-то обида затаенная, а на обиженных воду возят.

Путин выиграет президентские выборы?

– Я даже не сомневаюсь, что Путин победит.

А в первом или во втором туре?

– На грани. Может быть, в первом, а, может, и во втором. Если через неделю спросите, я отвечу. Если вы меня спросите, за кого я буду голосовать, то я отвечу. Не за партию, а за себя лично.

За кого?

– За Путина.

Вы по-прежнему Великий мастер Великой масонской ложи России?

– Я не хотел бы это с политикой смешивать в одном интервью. Причем не из-за политики, а из-за масонства. Потому что масоны меня не поймут, если я смешаю масонство с политикой.